Леонид Грач
Коммунисты России ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ

КОММУНИСТАМ КПРФ ПОРА РАЗОБРАТЬСЯ С ЗЮГАНОВЫМ

Поделится:
12:05 15 Января 2015 г. 2554

Корреспондент газеты «Правда Москвы» Владимир Якушев накануне 13-й годовщины со дня государственного переворота октября 1993 года и по­следующей осады и штурма Дома Советов и расстрела защитников Консти­туции взял интервью у Александра Шабанова, который в те трагические дни возглавлял МГК КПРФ и был одним из активных участников тех событий.

 

 – Александр Александрович, какое участие принимала Московская го-родская организация КПРФ, руково-димая в 1993 году Вами, в противо­действии государственному пере-вороту, совершенному Ельциным, защите конституционного строя и обороне Дома Советов?

 

–Коммунисты Москвы приняли самое активное участие в тех событиях. Уже 21 сентября, сразу же после объявления Ель­циным о подписании им Указа № 1400 о роспуске Верховного Совета и Съезда народных депутатов Российской Федерации, коммунисты приш­ли к зданию Дома Советов и оставались там до конца. Некоторые из них погибли: Краюшкин Евгений Дмитриевич, Морозов Анатолий Василье­вич, Сурскмй Анатолий Михай-лович, Ермаков Владимир Александрович, Пономарев Герман Петрович. Вечная им слава!

 

В октябрьские дни 1993 года московская партийная организация жила напряженной и полнокровной жизнью. Коммунисты участвовали в сбо­ре и доставке продовольствия, воды и лекарств, раздавали пропагандист­скую литературу. Каждый день на Горбатом мосту проводилось совещание секретарей райкомов партии, которые координировали свою работу, про­водимую возле Дома Советов и в городе среди населения.

 

Я Хасбулатова знал давно. Мы вместе работали в комитете комсомола МГУ: я был первым секретарем, а он секретарем по оргработе. Я пришел к нему прямо в кабинет и предложил принять закон от имени высшего органа власти о введении чрезвычайного положения на территории, при­легающей к Дому Советов. Я вносил это предложение от имени Обще­ственного комитета зашиты конституционного строя, членом которого я являлся. Мы в Комитете полагали, что такая мера предупредит ЧП, кото­рое может ввести Ельцин, уже отрешенный Съездом от власти.

 

Выйдя от Хасбулатова, я встретил Зюганова и попросил его исполь­зовать свое влияние среди коммунистов Верховного Совета и провести решение о введении ЧП возле Дома Советов. Зюганов ответил: мы зани­маемся сейчас формированием правительства (?!)

Скажите, а какую роль сыграл Зюганов в ходе октябрьских событий?

 

–Я бы сказал, - самую провокационную. 2 октября он выступил на телевидении и призвал всех не выходить на митинг, объявленный сторонниками законной власти на 10 часов утра 3 октября. Наши коммунисты собирали людей на этот митинг. Никто из членов Президиума ЦК КПРФ не знал, что Зюганов готовится выступать на телевидении Для нас его вы­ступление было полной неожиданностью, хотя мы общались с ним чуть ли не ежечасно. Идеология его выступления была нам тоже непонятна. Кто и почему пригласил Зюганова, опального вроде бы политика, высту­пить на ТВ? Видимо, кому-то из власть предержащих это было надо, и Зюганоп послушно выполнил его волю.

 

Непосредственно перед митингом Зюганов позвонил мне и просил передать нашим товарищам и Анпилову, чтобы люди не выходили на ми­тинг. Но люди собрались. И людской вал покатился по Садовому кольцу, сметая по пути заслоны из солдат и милиции. Кольцо блокады Дома Со­ветов было прорвано. Ликование народа было неописуемо.

 

Затем последовал поход в Останкино, где также погибли некоторые наши товарищи, расстрел из танков и штурм Дома Советов.

 

Стремясь как-то оправдать ликвидацию высшего органа власти в стране и придать видимость законности своему преступлению, Ельцин объявил в своем неконституционном указе о создании вместо Верховного Совета Государственной Думы и проведении в декабре выборов в нее, а также о принятии новой Конституции.

 

Многие коммунисты Москвы, только что пережившие чудовищный расстрел, считали, что нельзя сотрудничать с преступной властью. Рас­ширенный Пленум МГК КПРФ после долгих дебатов принял решение о бойкоте выборов.

 

Для принятия новой Конституции была нужна 50% явка избирателей. Если бы коммунисты объявили бойкот - режиму не удалось бы сменить Советскую Конституцию. Мы также не исключали вероятности сорвать выборы вообще.

 

–А как вел себя Зюганов дальше?

 

–Как клеветник и предатель. Только все это маскировалось высо­кими словами о служении коммунистическим идеалам и необходимости сохранения единства партии. Под последним понималось, что никакого несогласия с линией Зюганова в партии не допускается.

 

Предательство Зюганова носит глубокий характер, и проявлялось оно не только в 1993 году, а еше раньше.

 

Начну с момента образования КПРФ, членом ее ЦК я был 11 лет, 4 года - членом Президиума и 3 года - заместителем Председателя ЦК.

 

Как говорили древние философы, «дьявол сидит в деталях», вот эти детали я постараюсь показать.

 

Зюганов, как и Горбачев, не сразу проявил свою сущность. Но по­степенно она раскрывалась все более и более. Естественно, что первы­ми ее заметили члены ЦК, которые чаше с ним соприкасались. Кстати, десять эпизодов его предательства показаны в коллективном письме ветеранов спецслужб - членов КПРФ в июне 2004 г. в «Новую газету», В коммунистических изданиях оно никогда не печаталось, но сказанное там - правда.

 

Решения, принимаемые Президиумом ЦК, касаются, прежде всего, вопросов подбора и расстановки руководящих кадров, стратегических целей партии и тактических действий по достижению этих целей.

 

Так вот, по поводу кадров. Шаг за шагом Зюгановым решалась зада­ча по устранению из руководства партии настоящих, преданных ее делу коммунистов.

 

Первым, кого Зюганов стал выдавливать из руководства партии, был Купцов, - один из главных организаторов КПРФ. Во время выборов в Го­сударственную Думу в 1993 году Купцов был включен Президиумом ЦК в проходную часть партийного списка, но потом почему-то его там не ока­залось. Почему? Темная история.

 

Еще пример. Московская партийная организация выдвинула выдаю­щегося идеолога коммунистического движения Ричарда Косолапова в число первых своих кандидатов. Однако он волевым решением Зюга­нова, вопреки решению Пленума МГК КПРФ, был отодвинут в конец списка, а на его место поставлен Подберезкин - начальник Зюганова по его работе в Российско-американском университете («РАУ Корпорейшин»),

 

В Госдуме в дальнейшем Подберезкин проявил себя как антикомму­нист. За продвижение его кандидатуры в Думу Зюганов не понес никакой ответственности.

 

Выборы прошли. В Думе образована фракция коммунистов. Ставит­ся вопрос, кто будет руководить аппаратом фракции. Должен был стать Валентин Иванович Купцов, поскольку в его руках рычаги: организаци­онные, кадровые и системные связи с регионами. Зюганов стал возражать против назначения Купцова руководителем аппарата фракции. Аргумен­ты Зюганова были почти те же, что в свое время аргументы Троцкого про­тив Сталина: слишком много аппаратных полномочий у Купцова. Одна­ко все же под большим давлением членов Президиума ЦК Купцов был утвержден руководителем аппарата фракции.

 

Другой эпизод. Выборы 1995 года в Думу. Они прошли очень успешно для партии, хотя было потрачено минимальное количество материальных средств. Все было сделано на большом энтузиазме и на отдаче коммуни­стов на местах. Народ поддержал компартию. Хотя партия и не получила абсолютного большинства, но вместе с союзниками была близка к этому. Депутатом Госдумы был избран и Купцов. Стал вопрос: кто будет руководить Государственной Думой? Единодушное мнение было высказано предварительно на Президиуме, что Думу должен возглавить Купцов. Но тут неожиданно Зюганов заявляет на Президиуме ЦК, что Кремль не хо­чет Купцова. Откуда такие сведения и почему партия должна считаться в  этом вопросе с Кремлем - ответа Зюганов не дал. Но послушали его, вы­брали председателем Селезнева.

 

Затем возникает вопрос о заместителе председателя Госдумы. Пред­лагают Купцова. Против него Зюганов прямо не возражает, но за спинами членов фракции предлагает этот пост Светлане Горячевой.

 

Возьмем следующий эпизод. Действия Зюганова на выборах Прези­дента в 1996. Он тогда баллотировался на этот пост. Победил, как объяви­ли, Ельцин. Но на самом деле никакой победы Ельцина не было. Была фальсификация. На самом деле победил Зюганов. Каково же было наше удивление, когда Зюганов утром, не поставив никого из членов Прези­диума ЦК КПРФ в известность, первым поздравил Ельцина с победой.

 

Это был шок. Но тогда Зюганову впрямую это не было поставлено в вину. Сочли, что Ельцин болен, второй инфаркт, и, видимо, поэтому Зю­ганов пошел на такой шаг.

 

Но это было связано с другим.

 

Вернусь чуть назад - к последнему выступлению, которое было предоставлено кандидату Зюганову на первом канале ТВ в последний день агитации, Штабом и Президиумом ЦК было составлено содер­жательное выступление, которое вскрывало механизм готовящейся Ельциным фальсификации выборов. Народ мог быть предупрежден о готовящемся преступлении устами одного из кандидатов. Но было принято странное решение, что говорить об этом будет не Зюганов, а его доверенное лицо Станислав Говорухин. На телевидение пошли трое: Говорухин, Горячева и Зюганов. Однако Говорухину отказали в выступлении на том основании, что доверенное лицо не может высту­пать вместо кандидата. Выступать должен был сам Зюганов. Ему было сказано, пожалуйста, выступайте. Пришедшие вышли из кабинета и стали советоваться. Должен был принять решение Зюганов и высту­пить с этим текстом, именно с этим текстом, именно с этими разобла­чительными фактами. Но он не решился на этот шаг, он отказался от него, проявив себя трусом. И вместо разоблачительного выступления по ТВ пошел рекламный ролик.

 

Теперь совместите этот эпизод и эпизод поздравления Зюгановым Ельцина с победой на выборах. Что это? Это продуманная игра. Хотите, я назову ее настоящим именем - это предательство! Зюганов предал комму­нистов и массу их сторонников.

 

И последний эпизод деятельности Зюганова и его окружения.

 

Купцов уже практически отстранен от руководства партией. В ней за­правляют другие люди.

 

А почему отстранен? Здесь уже появляются мотивы политической кор­рупции, которые, впрочем, не новинка для политической жизни России. Понятно, что пионером коррупции в Думе является партия ЛДПР Жири­новского, которая беззастенчиво собирала деньги с состоятельных людей за включение их в свои избирательные списки. Но это теперь происходит и в КПРФ. Для нас, например, было полной неожиданностью включение в избирательный список КПРФ 1999 года Саркисяна, который потом моментально перешел в «Единую Россию», а также Семигина. Последний - крупный предприниматель, доктор наук, издатель. Он был рекомендован партии Зюгановым. Что стоило Семигину это избрание, я не знаю, но в кулуapax Думы уже давно говорят, что Зюганов приватизировал партию и торгует местами депутатов.

 

После своего избрания в Думу Семигин тут же был выдвинут, правда, по квоте аграрной партии, на пост заместителя председателя. Причем сделано это было в манере Зюганова - за спиной у партии. Было объявлено на фракции от имени Президиума ЦК, что на место заместителя председателя Государственной Думы, которое занимала Светлана Горячева, идет Петр Романов, а Горячева переводится на должность руководителя комитета и одновременно от руководства комитетом отстраняется Апарина. Как видим, две самые авторитетные женщины в партии и во фракции были просто отодвинуты в сторону.

 

Я подошел к одному из руководителей ЦК, я уже не был членом Пре- зидиума, и спросил: «У нас же есть квота по аграрной партии, почему не  отдаете ее Горячевой?» Мне было сказано, что вопрос уже решен, и через пять минутя узнал, что эта квота предназначена для неизвестного никому и партии Семигина.

 

Идет время, Семигин возглавляет Исполком НПСР, работает хоро­шо, вслед за исполкомом заработали отделения, появилась возможность пополнить информационную и технические базы. Следуют прекрасные отзывы о нем от Зюганова. И вдруг весенний кризис 2002 года. Он был связан с разрывом пакетного соглашения между фракциями «Единая Россия» и КПРФ. Когда стали убирать представителей КПРФ из руко­водства думских комитетов, Президиум ЦК принял решение, что мы сами должны покинуть эти посты, чтобы не подставляться властям.

 

Некоторые коммунисты-депутаты сочли решение недостаточно проду­манным. Кары последовали незамедлительно. Селезнев и Губенко были исключены из партии. Тут же появились обвинения в адрес Селезнева, якобы он создал по заказу и на деньги Кремля объединение «Россия». Я задал Зюганову прямой вопрос: если Вы так утверждаете, покажите документы, подтверждающие это обвинение. Никаких документов он, конечно, не предъявил.

 

Затем началась борьба с Семигиным как с «кротом» в партии. Никакой он, конечно, не «крот», не агент Кремля, направленный в КПРФ для ее разложения. Все проще. Начиналась предвыборная кампания 2003 года. Возможно, Зюганов испугался, что Семигин, как человек энергичный и набиравший авторитет в патриотическом движении, может составить ему конкуренцию.

 

Среди членов ЦК зрело решение, что Зюганова надо отстранить от руководства, так как он ведет линию на буржуазное перерождение КПРФ и изгоняет лучших людей из партии. Зюганов тоже чувствовал, что его позиции в партии пошатнулись, и стал торопливо освобождаться от своих критиков в партии под предлогом, что они, якобы, раскалыва­ют ее.

 

Кризис разразился на Пленуме ЦК непосредственно перед X съездом КПРФ.

 

Большинство членов ЦК КПРФ, понявшие и начинающие пони­мать предательскую сущность руководства Зюганова, собрались вместе и пригласили его к себе. Он перепугался, естественно, не пришел и стал предпринимать срочные меры самозащиты. Началась персональная проработка членов ЦК. Некоторые качнулись. Результат - два съезда, две партии.

 

В итоге Зюганов избавился от несогласных с его оппортунистиче­ской политикой, а КПРФ лишилась самых преданных коммунистиче­ской идее, самых принципиальных и боевитых своих членов-активистов. Зюганов обвинил их в предательстве и измене, назвал их «политически­ми власовцами». Но что еще ждать от этого, по сути, политического банкрота. Численность КПРФ он уже уменьшил в пять раз. Если в 1993 году она составляла 500 тысяч, то сейчас до 100 тысяч. Свою задачу он, можно считать, выполнил. Состояние у него есть. Теперь ему пожить бы всласть. Но не отпускают хозяева, не подобрали, видимо, еше достойной замены.

 

Коммунистам КПРФ пора разобраться со своим «вождем» и обслужи­вающим его подобострастным персоналом. Уверен, прозрение у них на­ступит, как наступило оно у меня и моих товаришей.

 

 

Архив