Леонид Грач
Коммунисты России ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ

Легендарный сотрудник СМЕРШа

Поделится:
12:00 16 Июля 2015 г. 1710

Возвратившись из Москвы, с Парада Победы 2015-го года, куда был приглашен в числе других фронтовиков по линии ФСБ, Владимир Спиридонович рассказал мне, что встречался там с высшими должностными лицами. В беседе с главным кадровиком ФСБ наш земляк посетовал, что не увидел на торжествах своих боевых сослуживцев. Генерал ему ответил: «Никого из них в живых найти не получилось. Очевидно, Вы – последний из ныне живущих СМЕРШевцев» (Военная контрразведка СМЕРШ – сокращенно от «Смерть шпионам»).

С нашим героем я знаком по службе в КГБ СССР с 1976 года, близко его знаю. Это удивительно светлый, дружелюбный и отзывчивый человек. Я мало таких встречал. Через месяц ему исполнится 91 год, но он полон позитивной энергии, жизненной силы, неиссякаемого оптимизма. Очень скромный, непритязательный, довольствующийся малым. Всегда откликнется, поможет, поделится. Своим жизнелюбием буквально заряжает окружающих. Общаясь с ним, вспоминая уже ушедших Григория Михайловича Сухорукова, Петра Яковлевича Гаврилова и других фронтовиков, четко понимаешь, какое это было удивительное поколение. Поколение Победителей, которому мы обязаны всем. Верность долгу, преданность идее коммунизма, готовность к самопожертвованию, чистота помыслов и целей сделали их Победителями.

Тем, кто хочет узнать о действиях сотрудников военной контрразведки в годы Великой Отечественной войны, рекомендую прочесть книгу В. Богомолова «В августе 44 года». А про Владимира Спиридоновича Кармалинова я еще расскажу много удивительного.

Г. Халаимов

 

Он бодр, весел и смотрит в будущее с заразительным оптимизмом. Имя его – Владимир Кармалинов, ветеран Великой Отечественной войны, контрразведчик КГБ СССР и просто человек, которому не стыдно ни за один день в своей жизни.

Владимира Спиридоновича мобилизовали в армию восьмого сентября 1942 года. Прямо в день рождения. Обстановка на фронте к тому времени была очень сложная. Особенно под Сталинградом, где шли ожесточенные бои. Юному новобранцу дали всего два месяца на обучение в эвакуированном Харьковском артиллерийском училище, разместившемся в Фергане. Парни едва успели понять, чем отличается пистолет от автомата, как их тут же отправили на фронт. Причем не в тыл, а на передовую под Сталинград. Вой­

ска Южного фронта вели там наступление на врага. На фронт новобранцы шли пешком через калмыцкие степи по сорок километров в сутки при сорока­пятидесятиградусном морозе. «Даже сейчас страшновато вспоминать, – рассказывает Владимир Спиридонович. – Шел через степь по морозу в демисезонных ботинках, которые намертво примерзали к ступням. Снимать ботинки приходилось прямо с мясом. Приходилось терпеть порой невыносимую боль. Постоянные обморожения. А ведь я с первых дней войны разведчиком был».

Кстати, разведчиком Владимир Кармалинов стал по собственной инициативе. Мечтал об этом с детства. Поэтому охотно отправился на первое боевое задание. Насколько рискованно быть разведчиком, понял только несколько часов спустя, вплотную познакомившись с вражескими танками. «Первым моим заданием было выявление точных координат огневых позиций противника, – поясняет Владимир Спиридонович. –  Рано утром я на своем коне добрался до передовой и приготовил себе маленький окоп, из которого удобно было вести наблюдение. Только туда забрался, как откуда ни возьмись, появились шесть вражеских танков и прут прямо на меня. На их бортах огромные черно­желтые кресты. Страшно! К тому же у меня всего две ручные гранаты и карабин. Разве ими можно подбить танк? Тогда, помню, успел с жизнью попрощаться. И вдруг… Прямо за моей спиной наша артиллерия открыла огонь. Танки стреляют. Орудия стреляют. А я между ними. Болванки летят прямо над головой. Убить могли и свои, и немцы. Однако повезло. Уберегла судьба».

Черные глаза смерти ему приходилось видеть неоднократно. Впрочем, обо всем по порядку…

Южный фронт продолжил свое движение и пошел на города Маныч, Ворошиловград и Ростов. Именно там профессиональному разведчику Владимиру Кармалинову довелось пройти еще одно испытание. Командир части отправил Владимира Спиридоновича в разведку через Дон. Совершенно абсурдный, ничем не оправданный приказ. Огневые точки противника и так видно как на ладони. Однако спорить солдату не к лицу. И он пополз. По льду и снегу, заметный отовсюду и обреченный руководителем на смерть. О том, что проверяют его отвагу и послушание, в тот момент он даже не догадывался. Естественно, заметивший Кармалинова враг тут же открыл по нему огонь из минометов. До смерти оставалось несколько шагов. К счастью, приказ вернуться поступил вовремя. И он вернулся – живой и невредимый. А несколько дней спустя он вместе с товарищами уже освобождал Ростов.

Кстати, в боях под Ростовом Владимир Спиридонович был ранен и контужен, однако огромное желание вернуться поскорее в строй сделало гораздо больше, чем военная медицина тех лет. Не прошло и нескольких месяцев, как наш разведчик стал вновь готовиться к выходу на очередное задание. «Мы с ребятами уже план операции по взятию «языка» разработали, – рассказывает Владимир Спиридонович,–  Вдруг прибегает ординарец и говорит, что Кармалинова срочно вызывают в Ростов в штаб армии в особый отдел НКВД. Естественно, я тут же туда отправился. Всю ночь шел. Принимает меня лично начальник особого отдела. Расспросил обстоятельно, а в конце беседы говорит: ты, Кармалинов, теперь будешь в контрразведке служить и, поверь, выявлять невидимого врага гораздо тяжелее, чем огневые позиции немцев фиксировать».

Так в апреле 1943 года Владимир Спиридонович Кармалинов стал контрразведчиком, оперуполномоченным особого отдела НКВД, старшим сержантом органов государственной безопасности. Всего месяц его учили подшивать дела и оформлять необходимую документацию, а потом отправили на краткосрочные курсы в Ростов, где Владимир Спиридонович освоил все нюансы работы секретаря­-шифровальщика. Сразу после окончания курсов Владимир Кармалинов был зачислен в знаменитый на весь мир СМЕРШ, в составе которого воевал до самых последних дней войны.

«В боях под Мелитополем я собственными глазами видел героический подвиг Марии Батраковой, которая не дала отступить нашим войскам. Хрупкая нежная девушка первой бросилась на немецкие блиндажи. Нам удалось отогнать фашистов и с Чонгара. И тогда в обход нас бросили через всю Украину 1, 2, 3, 4­-ый Украинские фронты. Дошли до Западной Украины. Освободили Львов. Потом Краков».

Несмотря на то, что Владимир Спиридонович был контрразведчиком, ему все время приходилось быть на передовой среди солдат. Воевал на равных, не прикрываясь элитным положением опер­

уполномоченного. На передовую его перестали пускать гораздо позже, когда доверили секретный шифр. Однако, даже получив шифр, он по­прежнему принимал деятельное участие в боях, а срочные шифровки в Центр порой отправлял прямо под шквальным огнем. «А ведь мало кто из современной молодежи знает, насколько ответственны мы были за доверенный нам шифр. Согласно инструкции, в случае опасности книжку с шифром надо было сжечь, а самому самоликвидироваться. С этой целью при себе всегда имелась пол­литровая бутылка горючей жидкости, которая позволяла в считанные секунды сжечь толстую кожаную книжку, а в обойме пистолета всегда были патроны, чтобы застрелиться и не попасть в плен к врагу». 

Дивизия, в составе которой воевал Владимир Спиридонович, принимала участие в освобождении Львова, а потом через Вислу занимала Висленский плацдарм. Владимир Спиридонович был снова ранен, но так же быстро встал в строй. В Польше Кармалинову довелось освобождать несколько тысяч узников концлагеря. Об этом он до сих пор рассказывать без содрогания не может: «Братские могилы советских пленных и польских граждан по пять­семь тысяч человек. Горы трупов, лишь немного присыпанных землей, а рядом бродят отощавшие люди со вздутыми от голода животами. Во взгляде обреченность и покорность своей судьбе. Мы им отдавали весь наш продовольственный запас, но, даже съев по пять­шесть банок тушенки, они наесться не могли. Годы голода на фоне постоянной смерти. Сломанная психика и потерянная надежда».

Дальше дивизию отправили в Германию. Там на счету наших военных еще два освобожденных концлагеря. Потом наступила зима. Войска дошли до р. Одер. Это был, кстати, первый немецкий плацдарм. Форсировали р. Одер и весной оказались под Берлином. Передовые части наших войск ушли вперед, а штабные немного отстали. Пришла срочная шифровка. Владимир Кармалинов приготовился работать. «И вдруг от опушки леса прямо на наши  штабные машины с сейфами и документами идут фашистские танки и бронетранспортеры. Отступавшие немцы очень хотели прорваться через дорогу, на которой мы расположились, а у нас только автоматы и пистолеты. Воевать с немцами нечем. А тут они еще и огонь открыли. Тогда многие штабные погибли. Некоторых танки просто­напросто вдавливали в землю насмерть. Я побежал. Ведь я по­прежнему отвечал за шифр. К счастью, впереди стояла наша зенитная часть, командир которой не растерялся и, несмотря на то, что зенитные орудия бьют обычно по самолетам, развернул зенитки и отдал команду стрелять по танкам и бронетранспортерам. Немцы отступили, а судьба в очередной раз спасла мне жизнь. Поверьте, я уже даже пистолет с предохранителя снял, застрелиться приготовился».

После этого случая дивизию Владимира Кармалинова отправили штурмовать Дрезден. За взятие этого немецкого города Владимир Спиридонович имеет благодарность Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина. «Немцы очень боялись, что мы их будем обижать. Даже гражданские боялись. Видимо, по себе людей судили. А мы, наоборот, помогали в те годы немцам, кормили их, восстанавливали с ними их народное хозяйство, четко чувствуя разницу между фашистом и немцем. А еще я до сих пор помню случай в Алау, когда подобрал собаку убитого немца. Умный, преданный пес, которого мы всей дивизией кормили и лелеяли. Даже с собой забрали. И, поверьте, никто не говорил: ах, это собака немца».

После взятия Дрездена в начале мая 1945 года через Дуклинский перевал 118­я дивизия с боями спустилась в Прагу. Чехи встречали советские войска с большой радостью и признательностью. Наши солдаты шли по цветам, которые пестрым ковром устилали дороги чешских городов. На реке Эльбе советские войска, в том числе и дивизия, в которой служил Владимир Кармалинов, встретились с американцами. «В Торгау в тот день был импровизированный военный парад, который снимали американские кинооператоры,– рассказывает Владимир Спиридонович. –  Я очень надеялся, что сразу после вой­

ны смогу увидеть себя в каком­нибудь кинотеатре. Однако, случилось это только через двадцать пять лет. В Симферополе демонстрировали картину «Неизвестная война» и вот в восемнадцатой серии этого американского фильма в серии «Встреча с союзниками» действительно показали меня и моих товарищей. Несколько чудесных минут памяти…». Кстати, там же, в Торгау, дивизия Кармалинова участвовала не только в параде, но и в освобождении тюрьмы, в которой содержали американских военнопленных. В тюрьме союзники находились с момента своей первой высадки на берегу Балтийского моря. Американские стратеги не рассчитали и не учли, что именно в этих местах оборона немцев весьма мощная и штурмовать их через эти рубежи не имеет смысла.

А вот в Праге Владимир Кармалинов встретил Победу, но вернулся домой не сразу. Его дивизия возвращалась в Советский Союз пешком практически тем же маршрутом, каким пришла в Европу. По дороге очищали Польшу от аковцев, а  Украину от немецких пособников. Шли с постоянными боями. Советские люди продолжали гибнуть. Прибыли в Житомир лишь в июле 1945 года. 

После окончания войны Владимир Спиридонович не оставил военного дела, которому он посвятил всю жизнь: преподавал в школе военную подготовку, а переехав в 1948 году в Ялту, вернулся служить в органы государственной безопасности. Огромный опыт, приобретенный во время Великой Отечественной войны, помог ему и в послевоенные годы. Уйдя в отставку,  Владимир Спиридонович  до сих пор занимает активную жизненную позицию. Являясь членом Совета  ветеранов, принимает участие в  воспитании молодого поколения работников ФСБ, делясь профессиональным опытом. На его счету ряд выявленных и задержанных иностранных шпионов, пытавшихся наладить свою преступную деятельность в нашей стране. Имя В.С. Кармалинова вошло в историю спецслужбы и страны, во благо которой отдана жизнь.  Несмотря на возраст, он идет  в ногу со временем. Вернее не идет, а бежит. В 90­летней поре весенняя улыбка всегда озаряет лицо, не давая возможности унывать,  приобретенная в военные  годы закалка и выправка держит его в бодром состоянии духа и тела. По утрам бегает кроссы, вечером катается на велосипеде. И это – не сказка. В 1945-­м он дошел до Европы, а в 2015-­ом встретил Победу на Красной площади в Москве.

Ж. В. Дунаевская

Архив