Леонид Грач
Коммунисты России ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ

Разгром

Поделится:
13:34 21 Февраля 2013 г. 2146

Корсунь-Шевченковская операция

...От первых хаток Комаровки до спускающихся с далекого пригорка окраинных садов Хилек вдаль и вширь раскинулось большое поле, взгорбленное холмами, прорезанное оврагами. Местные жители называют его Бойковым полем.

В это холодное метельное утро 17 февраля 1944 года Бойково поле стало центром всей Корсунь-Шевченковской битвы. На его просторах, затянутых густой, клубящейся завесой бурана, скопилась вся масса окруженных немецких войск. Здесь вели бой ударные отряды второй колонны, отчаянно и безуспешно пытающиеся пробить себе путь на юг. Здесь, в снежной мгле, метались, спасаясь от огня, жалкие остатки разгромленной первой колонны, уже не помышляющие об организованном сопротивлении, но еще таящие надежду отыскать какую-нибудь щелочку в огненном кольце, повсюду преграждающем дорогу к Лысянке. Сюда же, преследуемые танками, ринулись от Шандеровки обозы. Машины и повозки растекались по всему полю, с неимоверным трудом пробираясь по глубокому снегу.

Потеряв всякую ориентировку, бессмысленно кидаясь то в одну, то в другую сторону, толпы мерзнущих, увязающих в снегу солдат, сотни повозок и машин вслепую кружили по полю, сталкиваясь друг с другом, натыкаясь на пулеметный огонь, попадая под артиллерийские налеты, скучиваясь в оврагах, куда реже залетали снаряды и мины и где не так сильно жгло ледяное дыхание бурана.

А здесь, на Бойковом поле, обреченном на гибель, обезумевшим солдатам Штеммермана этот все нарастающий, раздирающий нервы грохот и в самом деле представлялся ревущей трубой Страшного суда, возвещающей конец света.

Тем временем за огненной линией, опоясавшей Бойково поле, заканчивались приготовления для последнего, смертельного удара. К восточной окраине поля подходили танковые колонны генерала Кириченко. Со стороны Хилек к месту сражения подтягивались казачьи эскадроны селивановцев.

Последние судорожные усилия прилагал противник, чтобы проложить себе путь через огневое кольцо. Остатки отрядов прорыва кинулись в новую атаку но всему южному краю Бойкова поля. И тотчас же в тылу атакующих разнесся слух о том, что оборона русских прорвана.

Слух о прорыве немецких авангардов оказался ложным. На южной окраине поля поток ринувшихся из тыла солдат столкнулся с отступающими после неудачной атаки цепями пехотинцев, за которыми по пятам катился огневой вал советской артиллерии. Только что вышедшие из боя автоматчики и бросившие свое ненужное оружие тыловики, охваченные паникой обозники и ищущие спасения раненые - все это смешалось в одну хаотическую многотысячную толпу, на которую тотчас же нахлынула волна артиллерийского огня. Толпа тяжело шарахнулась назад, спасаясь от снарядов.

Со стороны Комаровки навстречу им, по всей ширине поля, быстро приближаясь, нарастало русское "ура" и доносился странный, частый топот. И вдруг у кого-то из бегущих впереди вырвался полный страха и отчаяния крик:

Коsak! Коsak!

Наперерез снежным волнам бурана, прямо на обезумевшую толпу солдат неслась плотная казачья лава. Победный, торжествующий клич гремел над рядами конников, увидевших противника; тяжко храпели кони, уже охваченные азартом боя, и поднятые ввысь клинки взблескивали, шевелились над красноверхими кубанками всадников. Казаки врезались в толпу, и началась сеча.

Последняя воля к борьбе, последние надежды на спасение были сокрушены в прах этим двойным ударом танков и конницы. Остатки немецких колонн под этим ударом окончательно утратили всякие следы военной организованности и сразу превратились в беспомощное скопище обессиленных, морально раздавленных, полусумасшедших людей. Бросая оружие, поднимая руки, размахивая нашими листовками, они десятками и сотнями стали сдаваться в плен. И когда на середине Бойкова поля встретились танки Кириченко и казаки Мороза, на всей этой обширной холмистой равнине уже не было гитлеровских солдат, а были только пленные немцы.

К утру умолкла стрельба. Прекратился буран морозным безветрием. Над заметенными снегом корсуньскими полями, где четырнадцать суток, не смолкая ни днем, ни ночью, громыхало могучее сражение, легла глубокая, ясная тишина.

Корсунь-Шевченковская битва закончилась.

Сергей Смирнов, «Освобождение Украины»

Архив