Леонид Грач
Коммунисты России ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ

Дьявол кроется в мелочах

Поделится:
13:40 30 Марта 2017 г. 658

 

В редакцию «Искры правды» пришло множество отзывов и комментариев об «откровениях» чиновника, который, к нашему большому несчастью, является любимчиком Президента РФ.

 

Министр культуры   Владимир Мединский, отвечая на многочисленные вопросы главного редактора  газеты «Московский комсомолец», уронил мимолетом  следующую  фразу: «Утраченное представление о добре и зле привело в 1917-м к рекам крови». Как известно,  дьявол кроется  в мелочах.  Мне кажется,  такой  словесный вброс  не случаен. Он обусловлен  ситуацией,   сложившейся   в результате   принятой в 1993 году  ельцинской Конституции РФ и отсутствием в  государстве  общенациональной идеи.  В России отсутствует  объединительная  идеология для общества.   Это и характеризует определенное отношение и позицию высокопоставленого чиновника  не столько к культуре, сколько  к российской   исторической действительности. Тем более в год 100-летия  Великой Октябрьской  социалистической революции, годовщину  которой  страна будет отмечать  согласно Распоряжению Президента Российской Федерации В.В. Путина.  Такие  неприемлемые личные оценки  событий 1917 года  накладывают  особую ответственность на позицию к историческим событиям  мирового значения. 

Для начала  хотел бы кратко  остановиться  на биографии  руководителя Минкульта РФ.  

Владимир Ростиславович Мединский   родился 18 июля 1970 г в г. Смела Черкасской области.  Депутат Государственной думы четвёртого и пятого созывов, член Высшего совета политической партии «Единая Россия», министр культуры Российской Федерации с 2012 года. В начале 1990-х годов проходил практику корреспондентом ряда изданий — от районной газеты «Забайкалец» в Читинской области до агентства печати «Новости» и международной редакции ТАСС .  В 1991 и 1992 годах Мединский проходил практику в посольстве СССР, а затем России в Вашингтоне в должности помощника пресс-секретаря.  В 1992 году окончил Московский  государственный институт международных отношений (МГИМО).

В 1993–1997 годах обучался в аспирантуре МГИМО по специальности «Политология». В 1997 году защитил кандидатскую диссертацию по теме «Современный этап мирового развития и проблемы формирования внешней политики России». В 1999 году – диссертацию на соискание степени доктора политических наук на тему «Теоретико-методологические проблемы формирования стратегии внешнеполитической деятельности России в условиях становления глобального информационного пространства». Обе защиты принимал диссертационный совет Российской Академии государственной службы. В 1998 году Мединский стал профессором кафедры международной информации и журналистики МГИМО.

  После выпуска из МГИМО   он получил квалификацию журналиста-международника. Профессиональный специалист по PR-технологиям, Мединский, характеризуемый Forbes как «человек идеологического клана», в XXI веке прочно вошёл в команду Владимира Путина. Став в 2003 году депутатом Госдумы, Мединский вскоре превратился в заметную фигуру в российском истеблишменте.

Популярность в читательской среде Мединскому принесла серия   книг с собственными версиями и толкованиями русской истории. Сюжеты их, которые автор определяет как «историческую мифологию», построены на стереотипном противопоставлении защитников и врагов отечества, авторской интерпретации исторических событий и фактов в парадигме державных интересов.                                        

Докторская степень политолога Мединского по истории была неоднозначно воспринята в научном сообществе, а изучение автореферата его диссертации вызвало обвинения в плагиате и некорректных заимствованиях. На фоне этих событий, поражения на думских выборах 2011 года назначение Мединского по инициативе  президента Путина в мае 2012 года министром культуры в правительстве Дмитрия Медведева повлекло ещё более полярные оценки. Среди конфликтов и скандалов, в которые был вовлечён министр Мединский, критический резонанс получили его конфликты с писателем Даниилом Граниным, директором Государственного архива РФ Сергеем Мироненко, режиссёром Виталием Манским, кругом учёных-гуманитариев и журналистов, которых он обвинял то в отрыве от реальной науки, то в некомпетентности. Споры о том, насколько глава ведомства действительно близок к культуре и интеллигенции, не утихают все годы его пребывания на посту.

В должности председателя Мединский курирует все проекты Российского военноисторического общества.  В настоящее время возглавляет еще и комитет по подготовке к празднованию 100-летия революции в России.

Зачем В. Путину такой министр – идеологический расстрига?!

Сотни лет назад уже было известно: чтобы одержать победу над противником, нужно внести разлад и смятение в его ряды, заставить усомниться в своих ценностях и идеалах. Добившись культурной гегемонии, легче устанавливать экономический и политический контроль.

В этой ситуации на первый план выходит не столько системная  политическая оппозиция КПРФ, ЛДПР, СР, которую  власть наполовину укротила на выборах 2016 года в Госдуму, сколько духовная оппозиция режиму. Особое значение в этой связи приобретает мнение видных деятелей культуры, лидеров профессиональных сообществ – всех тех, кого принято называть «цветом нации». От этих людей сегодня зависит будущее России в самом глубинном, цивилизационном смысле этого слова. Если они не определятся в своем отношении к происходящему сползанию России в бездну, то русское общество обречено, потому что кроме них это сделать в данный момент некому.  Со слов Мединского, так называемая   четвертая власть, средства  массовой информации (СМИ),   теоретически   находятся в той же идеологически содержательной истории, что и Минкультуры.  Во время беседы Мединский  ответил на вопросы касательно   программ телевидения, которые являются признаками массовой культуры и сегодня уничтожают очень многое из того, что было достигнуто в Советском Союзе.   Отвечая за эту ситуацию, он ушел от ответа, ссылаясь, что  телевидение – это ведомство Минсвязи. Никакой ответственности за содержание программ Министрство  культуры не несет.   Разъяснил свою позицию по Исаакиевскому собору, реформам  в театральной сфере,  о том, есть ли намерение объединить действия Минкульта и Минобразования, чтобы разработать программу, приучающую детей младшего возраста к посещению учреждений культуры – от театров до библиотек? Также  коснулся  проблем в кино и киноиндустрии, руководства и субсидирования Минкультом  курируемого им  российского Военно-исторического общества (РВИО), которое создано указом президента.  Всего за эти годы обществом установлены 93 памятника в России и за рубежом и 2000 (!) мемориальных досок (в том числе, например, памятник князю Владимиру  в Москве, Ивану  III в Калуге, памятная мемориальная доска Маннергейму в Петербурге, которая  вскоре,  не провисев и полгода,   демонтирована  и  передана в музей первой мировой войны, созданный, оказывается, царем Николаем II, готовится  в Крыму памятник Примирения).   Отвечая на вопрос о национальном патриотизме   и подрыве национального самосознания,  Мединский ответил более обстоятельно.  В беседе он отметил  (привожу все цитаты Мединского из беседы): «... все понятия нравственности и морали носят цивилизационный, временной характер. Но в совокупности они образуют что-то, что называется культурой, на основании чего мы с вами сейчас и живем. Если это разрушать – будет то, что произошло в 1917 году. Я не за революцию и не против...  Говорю о полном разрушении культурной основы и полном разрушении представления, сложившегося в обществе  о добре и зле. Это и привело в 1917-м к рекам крови»...  

Интересная позиция    госчиновника в государстве, где согласно Конституции запрещена  общегосударственная идеология (п.13  Конституции РФ),  т.е.  государственной идеологии как таковой  нет,  а на самом  деле  виртуально и  незаметно насаждается идеологическая государственная линия   путем установки памятников  и бюстов личностям  эпохи  царского самодержавия.  Из уст госчиновников  звучат подобострастные  призывы к установлению в  государстве  монархии.      

Мединский: «... возвращаюсь к панфиловцам и к патриотизму. У нас, у меня и у Мироненко (бывший директор Госархива РФ, выступивший за развенчание «мифа о 28 панфиловцах». – Авт.) нет никаких моральных прав вообще, сидя вот тут в мягком кресле, попивая капучино, умничать на тему того, как наши деды в минус тридцать вели бой в поле под Волоколамском, с одними гранатами против армады немецких танков… Просто нет никаких моральных прав. Только кланяться в ноги и целовать землю, по которой они ходили. И больше ничего...

Не помню, чтобы нас учили тому, что во время Великой Отечественной было что-то гладко. Надо знать правду, надо знать, сколько было штрафных батальонов, чем они отличались от штрафных рот и кто в них служил, как долго и почему. Заодно уж надо знать, что это вообще такое. Эта правда, мягко говоря, не соответствует фильму «Штрафбат», который относится к категории фэнтези. И эта правда, в свою очередь, вообще ничего не разоблачает.

В фильме  «Сталинград» нет клеветы. Можно рассуждать на тему достоинств этого фильма, но в нем нет клеветы. А фильм «Штрафбат», безусловно, является сознательной ложью – обо всех, кто воевал в штрафбатах, кто ими командовал, кто их формировал…  При этом – весьма сильное художественное произведение. И в этом его беда. Был бы плохой – никто бы его не заметил...

... Есть две стороны медали: вот в плену оказалась Космодемьянская, а вот в плену оказался генерал Власов. Это разные полюса. Судьбу Власова, его нахождение в плену невозможно сравнивать с пленением Зои, а вот с судьбой генерала Карбышева – вполне: он и Карбышев – фигуры одного порядка. Карбышев – царский военный инженер, с классическим образованием, ему было за что обижаться на Советскую власть, в отличие от Власова, который обязан ей и Сталину всем. И Власов стал в итоге предателем Родины, а Карбышев принял смерть в самых страшных традициях первых христианских мучеников. Принял смерть за Россию, за Советский Союз. Так же, как и Зоя. Вот мы (РВИО, военно-историческое общество. – Авт.) в Музее Зои Космодемьянской нашли чудом сохранившийся домик, где ее пытали, восстановили. Там скамья стоит, на которой она спала перед смертью, пропитанная кровью… Это Голгофа чистой воды. Сейчас делаем проект, чтобы в целом восстановить этот комплекс, школьников туда приводить. Она же была как современная одиннадцатиклассница…

Продолжаю    на конкретном примере: один из 28 панфиловцев, сержант Иван Добробабин, впоследствии оказался в немецком плену, где стал полицаем, потом бежал из полицаев, опять вступил в Красную Армию и был даже, по-моему, награжден за взятие Вены. Но когда все это раскрылось, был осужден как коллаборационист. Это все правда. Но! Все это нисколько не умаляет его конкретного героизма в бою под Волоколамском. И мы, москвичи, ему (в том числе) обязаны жизнью. Как бы он себя ни вел. Историю надо знать в комплексе...                                                                                                             

Из всего сказанного в интервью Министра культуры Мединского  делаю личный вывод  о том, что   наша чиновничья бюрократия, пришедшая к управлению  обществом  после переворота 1991 года     хочет усидеть  на двух стульях, с одной стороны – личная  совесть  и историческая память народа   не позволяют  замалчивать   правду о советской  идеологии  и проведенной после 1917 года  пролетарской  культурной революции, а  с другой – образовавшийся  вакуум   в сфере  государственной идеологии  требует принятия коренных конституционных преобразований   в движении российского общества  к более рациональной  модели существования российского  государства. 

На повестке дня стоит   вопрос: готова ли духовная оппозиция  взять на себя груз ответственности  проведения культурной   революции в российском обществе?   О политической оппозиции  стоит помолчать,  так как 25 лет  она выполняет  роль   прикормленных умненьких шутов   на поле  видимой  демократии! 

 

    Г. Кремнев,

г. Симферополь

Архив